ПРОНЬКО: 21 час и 5 минут в российской столице. Добрый вечер, дамы и господа, у микрофона Юрий Пронько. На радио "Финам FM" ежедневная программа "Сувой остаток". В ближайшие 50 минут будем разбирать, что называется, по косточкам и анализировать экономические аспекты послания президента, которое сегодня было озвучено Дмитрием Медведевым в адрес Федерального Собрания. Наш компетентный гость: Сергей Алексашенко, бывший первый зампред Банка России, а ныне директор по макроэкономическим исследованиям Высшей школы экономики. Сергей, добрый вечер, рад видеть.

АЛЕКСАШЕНКО: Добрый вечер, Юрий.

ПРОНЬКО: Спасибо, что пришли. 730-73-70, и finam.fm – сайт в Интернете. Я приглашаю наших радиослушателей поделиться своими впечатлениями от сегодняшнего ежегодного послания, как ни крути, это все-таки главное событие.

АЛЕКСАШЕНКО: Сегодняшнего дня.

ПРОНЬКО: Сегодняшнего дня, как минимум. Может быть, какие-то вы нюансы услышали, может быть, что-то вас озадачило, что-то порадовало. А что-то, может быть, вы вообще не услышали, чего ожидали. Прежде чем мы начнем наше общение с Сергеем Алексашенко, давайте посмотрим, по традиции, чем закончились торги на российских фондовых площадках. Все-таки насколько инвесторы, я не знаю, может быть, в какой-то степени отреагировали. Вчера с трейдерами и с аналитиками мы говорили, что есть российская традиция, Сергей, что в день послания обычно наш рынок идет вниз, то есть уходит в красную зону. Давайте посмотрим, чем закончились торги.

(Сухой остаток)

Российский рынок закончил сегодняшний день в умеренно негативной зоне. Положительное влияние на ход торгов оказала статистика по заявкам на пособия по безработице в США. Однако оно было полностью нивелировано новостями о негативных ожиданиях крупнейшего в мире ритейлера, американского "Walmart", на четвертый квартал 2009 года в связи с высокими показателями безработицы и снижением потребительского спроса. Индекс ММВБ по итогам сессии потерял 0,17%, а РТС – 0,6%. Хуже рынка среди голубых фишек выглядели бумаги "ММК" – в минусе на 2,87%; "Газпрома" – в минусе на 1,02%; "НЛМК" – в минусе на 1,18%; "Полюс золота" – на 2%; "Северстали" – в минусе на 1,29%; "Уралкалия" – в минусе на 1,3% и "УРСИ" – в минусе на 1,8%.. лидерами снижения, в минусе на 4,9%, стали префы "Татнефти" – на новостях об исключении бумаги из списка расчета индекса MSCI Russia. Заметно лучше других отторговались акции "Роснефти", "Татнефти" и "МТС", выросшие более чем на 1%.

ПРОНЬКО: Для объективности скажу: сейчас индекс Dow Jones также в отрицательной зоне, чуть более 0,5% – 10232 пункта. S&P также в отрицательной зоне – минус 0,67%. Идет коррекция на нефтяном рынке: Brent – 76,60; Light – 77,54. Золото также в коррекции – 1105 долларов за тройскую унцию. И сейчас соотношение пары евро/доллар – 1,486, чуть менее 1% ослабевает европейская валюта. А теперь непосредственно к нашей главной теме, к сегодняшнему ежегодному посланию господина президента. Сергей, что скажите? Первые впечатления какие были? Вы смотрели, слышали?

АЛЕКСАШЕНКО: В сухом остатке?

ПРОНЬКО: В сухом остатке, да.

АЛЕКСАШЕНКО: Я смотрел и слушал сегодня в редакции "Нового времени", вместе с журналистами, и по ходу комментировал. В сухом остатке не скажу ничего.

ПРОНЬКО: То есть вообще?

АЛЕКСАШЕНКО: Вообще.

ПРОНЬКО: Программу "Сухой остаток" можно на этом завершить?

АЛЕКСАШЕНКО: Я, честно говоря, с ужасом думал, входя в ваше здание, о чем же мы будем говорить 50 минут. Вы знаете, у меня сложилось такое ощущение, что почему-то (собственно, активная работа PR-службы президента) с этим посланием были какие-то завышенные ожидания. Говорили: он скажет такое, он сейчас что-то скажет, смотрите. Он даже тезисно в своей статье уже обозначил направления, смотрите, как он резко прошелся. Значит, в послании он добавит. Какое-то, действительно, было ожидание. Мне даже вчера вечером, когда звонили журналисты, говорят: он будет это говорить, это – уже все всё знали. И называли такие темы – ничего. Президент, по большому счету (будет несколько деталей, мы, я думаю, о них поговорим, которые не были), в принципе, стратегически, повторил все, что говорил. Главный вопрос, вокруг чего была построена вся интрига – модернизация. Что такое модернизация, в каком направлении модернизация, за счет чего она будет осуществляться? Абсолютно правильный вопрос, поднятый Михаилом Ходорковским в его статье: кадры – кто, на кого опираться? Кто тот слой людей, которые выиграют от модернизации? На кого вы, господин президент, будете опираться? Ни на один из таких ключевых вопросов ответа не было получено.

ПРОНЬКО: Я с вами полностью согласен. Мы за эфиром когда обменялись мнениями, у меня было ожидание нечто. Я ожидал конкретики, продолжения статьи, о которой сегодня президент, по-моему, несколько раз, как минимум, раз десять, упоминал.

АЛЕКСАШЕНКО: Это правда.

ПРОНЬКО: Что "Россия, вперед!", и, по-моему, он закончил свое вступление этой фразой. Полчаса первые прошли… Я расскажу слушателям: я сел с ручкой и с блокнотом, в буквальном смысле. Потому что я знал, что господин Алексашенко ко мне придет. Как я могу осрамиться, мне же надо…

АЛЕКСАШЕНКО: Подготовиться.

ПРОНЬКО: Подготовиться, и затем обсудить это. Прошел час, пошел второй час, и я себя ловлю на мысли, что мне записывать-то нечего, по большому счету. Я считал, что… не то, что ожидал от него узкой конкретики, особенно после встречи с Чайкой и с помощником со своим по поводу госкорпораций, многие были в ожидании – вот, сейчас-то он открывает все карты, и в послании он четко загнобит госкорпорации. Ничего подобного.

АЛЕКСАШЕНКО: Слушайте, мне кажется, что тема госкорпораций в массово-общественную дискуссию вкинута специально, как кость.

ПРОНЬКО: Даже так?

АЛЕКСАШЕНКО: А в чем проблема? Подождите, изначально было понятно, что госкорпорация – это организация, статус которой не предусмотрен гражданским кодексом. Нет такой организации. В гражданском кодексе перечислены все типы организаций, которые имеют право на существование, госкорпораций там нет. Именно поэтому для каждой госкорпорации потребовался отдельный закон. Пришел президент, который юрист, который сказал: "Слушайте, мне это не нравится. Для чего мы принимали Гражданский кодекс, если мы тут же сами, как государство…"

ПРОНЬКО: Начали находить исключения.

АЛЕКСАШЕНКО: Не изменяя Гражданский кодекс. Можно же было изменить Гражданский кодекс, ввести такую статью, определить, что такое госкорпорации. Все можно было сделать. Подискутировали, возможно, что будем менять: Гражданский кодекс или госкорпорации, и решили – давайте поменяем госкорпорации и преобразуем их в акционерные общества, потому что все всё знают. Хорошо. Разве в этом проблема для нас с вами? Проблема в том, как называется, какой юридический статус? Конечно, это важно, с точки зрения чистоты идеалов, принципов. Но для меня с вами важно – деньги на что уходят? Десятки, сотни миллиардов рублей, которые им дают бесконтрольно, с плеча барского – заберите. "И еще дадим, и еще гарантии вам дадим. Сколько хотите, заберите денег". А результат в чем? А это вам не положено знать. Ни Думе не положено знать, по отдельным – даже правительству не положено знать. Вообще, отстаньте. Разве кто-то спрашивает их за результат? В этом проблема.

ПРОНЬКО: Смотрите, Сергей…

АЛЕКСАШЕНКО: Поэтому, извините, вопрос преобразования госкорпораций в акционерные общества выеденного яйца не стоит. Я в нем не вижу содержания никакого.

ПРОНЬКО: То есть это, по вашему мнению, осознано вброшенный шар?

АЛЕКСАШЕНКО: Абсолютно отвлекающий маневр.

ПРОНЬКО: Отвлекающий маневр?

АЛЕКСАШЕНКО: Абсолютно отвлекающий маневр.

ПРОНЬКО: Коллеги уже из разных изданий сегодня начали обсуждать также это выступление, опять-таки с точки зрения экономики. И мне понравился один из заголовков, он опубликован в журнале "Forbes Russia", на сайте их, он называется так: "Модернизация без реформ". И коллеги пишут, статистический анализ, который они провели. Я позвольте даже приведу: "Слово "модернизация" и однокоренные слова в послании Федеральному Собранию Дмитрий Медведев произнес 20 раз, "правительство" – 23 раза, "бизнес" – 6 раз, а реформы были упомянуты лишь дважды. Если судить, – коллеги пишут, – исключительно по статистике словоупотребления, – потрясающий анализ, – в прошлом году президент серьезно задумывался о реформах и о судьбе бизнеса. А в нынешнем решил пожертвовать ими ради модернизации". Сергей, что скажете?

АЛЕКСАШЕНКО: Юрий, я думаю, если попросить кого-то из наших коллег проанализировать, сколько раз президент сказал "мы", то, я думаю, это самое первое место.

ПРОНЬКО: Слушайте, нет у них этого.

АЛЕКСАШЕНКО: Да? Потому что меня поразило в этом выступлении: чуть что, президент: "Мы должны; мы сделаем". Мы – это кто? Когда президент говорит "мы" – это кто? Мы, как Николай Второй? Или "мы", как государство, которое я представляю? Или мы, как общество, как народ? Мы должны обеспечить отечественными лекарствами наш рынок. Мы – это кто?

ПРОНЬКО: Причем там конкретные цифры назывались.

АЛЕКСАШЕНКО: Да, пошли цифры…

ПРОНЬКО: Через два года 50% наполнения отечественного рынка.

АЛЕКСАШЕНКО: Мы – это кто? Когда президент говорит, что мы должны обеспечить отечественными лекарствами наш рынок, мы – это кто? Я с ужасом думаю: от имени кого он говорил? Поэтому абсолютно правильно подмечено, что никаких реформ. По большому счету, когда я сказал, что ничего, основной message, который я услышал от президента: "Ребята, все останется, как есть". Кризис закончился, правительство с ним справилось.

ПРОНЬКО: Да.

АЛЕКСАШЕНКО: Мы должны поблагодарить правительство, Центральный банк, за то, что они прекратили…

ПРОНЬКО: А региональные власти.

АЛЕКСАШЕНКО: И региональные власти. За то, что падение экономики прекратилось. Слава богу, что оно прекратилось, но это особенность всех экономических кризисов, что они, рано или поздно заканчиваются. Как, помните, в советское время пришла…

ПРОНЬКО: Влияете вы на это или не влияете, финал будет.

АЛЕКСАШЕНКО: …Пришла весна, наступит лето – спасибо партии за это. Вот и здесь – давайте поблагодарим правительство за то, что падение экономики закончилось. А почему она упала на 10%? Упала и упала. Споткнулась.

ПРОНЬКО: Давайте, я попытаюсь сейчас, в некоторой степени, выступить адвокатом нынешнего послания. Такая есть замечательная фраза у господина президента, с которой, наверное, очень сложно не согласиться: "В 21 веке нашей стране вновь необходима всесторонняя модернизация, основанная, – внимание, Сергей! – на ценностях и институтах демократии".

АЛЕКСАШЕНКО: Это было сказано. Отличная фраза, была сказана в самом начале, помню ее замечательно. Дальше ни про ценности, ни про институты демократии не было. Дальше было сказано, что мы должны поощрять молодежь к проявлению демократической активности, гражданской активной позиции, что-то такое.

ПРОНЬКО: Причем там что-то еще про патриотизм было.

АЛЕКСАШЕНКО: Нет, что наша молодежь должна активную жизненную позицию демонстрировать, свои демократические наклонности. И я тут же вспоминаю, как их ОМОН разгоняет дубинками. Давайте, вперед, кто хочет проявить…

ПРОНЬКО: Но это другая молодежь.

АЛЕКСАШЕНКО: Юра…

ПРОНЬКО: Есть разная молодежь.

АЛЕКСАШЕНКО: Замечательно. Ни о ценностях. Что там еще?

ПРОНЬКО: Ценности. Об институтах.

АЛЕКСАШЕНКО: Об институтах не было сказано ни слова, правда, было про суды…

ПРОНЬКО: В прошлом году было.

АЛЕКСАШЕНКО: Было.