ПРОНЬКО: 19 часов 5 минут в российской столице. Добрый вечер, дамы и господа. Это программа "Реальное время" на радиостанции Финам FM. У микрофона Юрий Пронько. Сегодня у нас будет важная, сложная, я бы сказал даже, тяжелая тема. Сразу говорю и предупреждаю всех наших слушателей о том, что этику никто не отменял, культуру никто не отменял, потому что я могу предвидеть определенную реакцию. Говорить мы будем не только о проблемах российских правоохранительных органов, но и попытаемся обозначить хотя бы некоторые реальные шаги по их преодолению. Тема программы: "Кто и как решит проблемы российской милиции?" И я представляю нашего сегодняшнего компетентного гостя. Это бывший первый заместитель министра внутренних дел России, ныне член Совета Федерации России, генерал-полковник милиции, герой России Александр Чекалин. Александр Алексеевич, рад видеть, добрый вечер.

ЧЕКАЛИН: Добрый вечер.

ПРОНЬКО: Спасибо, что пришли. 730-73-70 – телефон, finam.fm – сайт в Интернете. Я единственное, что сейчас запущу SMS-голосование. Я надеюсь еще раз, уважаемые слушатели, не на эмоциональный разговор, когда мы будем с Александром Алексеевичем, что называется, находиться в интерактиве, когда вы будете звонить и высказывать свои вопросы, либо высказывать свои мнения, соображения, а действительно на конструктивный разговор. Без пафоса, без популизма, без эмоций. Тема серьезная. Вопрос, который мы сейчас запускаем на SMS-голосование. Он очень короткий, но очень четко сформулирован. Вы доверяете российской милиции? Еще раз обращаю внимание на то, что милиция состоит не столько... Вот смотрите, оговорка, действительно, не столько из тех людей, которые собирают мзду, которые берут вот эти деньги, но есть и люди, которые действительно выполняют свой офицерский долг. Я это знаю не понаслышке, я это знаю из реальной жизни. Поэтому, если вы доверяете российской милиции – я на вас не давлю, но еще раз подчеркиваю, давайте очень разумно подходить к этому вопросу. Если вы доверяете российской милиции, тогда на короткий номер 5533 отправьте SMS-сообщение с буквой "а". Если вы не доверяете российской милиции –  5533, SMS-сообщение с буквой "б". Голосование мы запустили, пожалуйста, участвуйте, звоните, пишите, все средства коммуникации к вашим услугам.

Александр Алексеевич, я хочу начать разговор наш с темы, которая вызвала повышенный резонанс в российском обществе. Отдельные представители российских правоохранительных органов, которые сейчас уже уволены из рядов российской милиции, публично высказывают мнение о том, что начальство ни во что не ставит рядовых сотрудников, о том, что в милиции процветает коррупция, о том, что в милиции гигантские проблемы. При этом они такие бедные, не знают, что им делать, и они обращаются к премьер-министру Российской Федерации. Был один случай, затем пошел вал, в буквальном смысле. Я хочу вас спросить, как профессионала, как генерал-полковника милиции: Александр Алексеевич, что это такое? Почему люди, которые давали клятву, которые являются офицерами, позволяют себе подобные вещи? Ваш комментарий.

Александр Чекалин

ЧЕКАЛИН: Органы внутренних дел – это очень сложный, живой механизм. Скажу очень интересную оценку Президента Российской Федерации, 10 ноября он выступал на вечере милиции и сказал, что милиционер – это профессия моральная, и самая близкая к народу. Точнее не скажешь. В милиции работают люди, со всеми их особенностями. Вы правильно сказали, что в основном народ добросовестный, образованный, давший присягу, работающий очень часто без выходных, на совесть для того, чтобы на улицах, в подъездах, в квартирах было спокойно, чтобы человеку нормально жилось, без пафоса, что называется. И в основном ребята со здоровой моралью, ребята с правильными установками, ребята, работающие не за деньги, которых, к сожалению, пока очень мало государство платит. Работающие за романтизм профессии, работающие за то обещание, которое в своей присяге он дал государству, работающие за то, что ему по-другому просто будет смотреть стыдно, участковому, в глаза своему населению. Там 5-6 домов в городе или 30 деревень, что называется, где-то в области. Вот за это работают. Ожидая, конечно, определенных поощрений, прибавок, званий, повышения в должности.

Есть другая категория, как и в любом другом коллективе. Не сложилось, не прижился, сделал ошибочный выбор, когда начинал работать. Допустим, по причине лени, по причине необразованности, по любой другой причине отстает по службе. Естественно, таких ребят система отторгает, кого-то раньше, кого-то позже. Иногда не складываются отношения с командиром – командир излишне требовательный, хотя и командиры очень часто бывают заносчивые, не признающие, что называется, ни усталости, ни изматывающей работы, работай, и вперед. Поэтому такие заявления...

ПРОНЬКО: То есть, это человеческий фактор называется?

ЧЕКАЛИН: Это человеческий фактор. Сенсации я в этом никакой не вижу, абсолютно не вижу. Человек каким-то образом сгруппировался, человек подыскал десятка полтора громких слов, громких заявлений. Ничего здесь сенсационного нет, абсолютно ничего. Но ухватить это как знамя какое-то, ухватить это как рекламный щит огромный, и бежать с ним по всей стране, размахивая – вот, вы смотрите, вы смотрите – да не надо этого делать. Люди...

ПРОНЬКО: Давайте так...

ЧЕКАЛИН: Я закончу. Люди знают лучше, потому что они своего милиционера, своего участкового видят каждый день, утром, вечером, и сотрудник ГАИ, допустим, едем на работу. Есть, конечно, которых надо поругать, пожурить, за которыми надо посмотреть, но есть такие, которые руку к головному убору приложат, которые скажут: "Счастливой дороги, счастливого пути", поэтому мы самые разные. Мы очень разнообразны. И говорить, что система не годится, систему надо менять, ее надо каким-то образом, радикальным образом пересматривать – это перебор.

ПРОНЬКО: Александр Алексеевич, у меня, как у журналиста, следующий тогда вопрос. Чем чревато... Вот смотрите, у нас в обществе, в общем-то, любят громкие заявления, еще больше любят обиженных – традиция такая, тысячелетняя. К счастью или к сожалению, я уж не знаю. И многие говорят так: вот, мол, наконец, нашлись мужики, которые вот эту всю грязь попытаются не просто обозначить публично, но и попытаются через Владимира Владимировича решать эти вопросы. Я хочу опять, вновь обратиться, как к человеку, который не просто был одним из руководителей МВД России, а человек, который... Сколько лет вы уже проработали в правоохранительных органах, в общей сложности?

ЧЕКАЛИН: В милиции я проработал 41 год.

ПРОНЬКО: От инспектора ГАИ до первого замминистра.

ЧЕКАЛИН: От рядового, от постового, до первого заместителя министра.

ПРОНЬКО: Вот смотрите, я хочу услышать ваше мнение. Чем чревата подобная обстановка для российского общества? Общество с удовольствием послушало все эти видеоблоги, общество если не рукоплещет, то, по крайней мере, сочувствует подобным людям. Я с другой стороны хочу рассмотреть. Общество – это и безопасность. Очень серьезный вопрос. Чем чреваты подобные выходки и рукоплескание со стороны россиян подобным людям?

ЧЕКАЛИН: Начнем с того, что сам факт – в нем есть и положительная сторона. Это определенный толчок, определенная встряска. Это возможность и повод посмотреть на себя со стороны, что называется, командирам оценить свои приемы в руководстве. Я считаю, это неплохо. Но большой минус, который здесь преобладает больше всего – это система может сбавить ход, система может заняться самобичеванием, ловлей ведьм для того, чтобы отчитаться перед обществом, перед...

ПРОНЬКО: То есть, система будет отбиваться от этих атак?

ЧЕКАЛИН: Система будет занята не тем, чем ей надо заниматься. Система потеряет свой натиск в борьбе с преступностью, система потеряет... Каждый будет думать, а не похож ли я на того, образ которого рисуют вот эти люди? Вы понимаете, это минус. Это минус в работе с людьми, это минус в правооценке, это минус в профилактике правонарушений, их выявлении, в раскрытии преступлений – да все, что угодно. Полушоковые – громко сказано, но, тем не менее, такие вещи отбрасывают, не намного, но отбрасывают, приостанавливают, что ли, систему в ее активных действиях. Поэтому надо нормально к этому относиться. Прежде всего, заявление – ну, и заявление. У нас есть прокуратура, которая это рассматривает уже, у нас есть министерство с организационно-инспекторским департаментом, который тоже выехал, смотрит. У нас есть, в конце концов, Следственный комитет при Генеральной прокуратуре. То есть, переживать на тот счет, что все останется не услышанным и не замеченным – ничего подобного. Под увеличительным стеклом все будет рассмотрено.

ПРОНЬКО: По вашему мнению, есть заинтересованные силы, я не знаю, люди, группировки, потому что после статьи Президента "Россия, вперед!" я сделал для себя очень важный вывод. Если Президент признает существование влиятельнейших чиновничьих группировок, которые, по всей видимости, вызывают вопросы не только у людей, но и у самого Президента – по вашему мнению, есть стороны, силы, которые были бы заинтересованы в дестабилизации работы Министерства внутренних дел, и вообще правоохранительной системы нашей страны?

ЧЕКАЛИН: Я считаю, что да. Потому что я был свидетелем и участником мероприятий по приостановлению, по сдерживанию различного рода экстремистских действий. Кому-то не нравится, что Россия набирает ход. Кому-то не нравится, что встает с колен. Кому-то не нравится, что создается, рисуется новый облик каких-то государственных структур, что наконец-то начинает работать бизнес. Уходят в прошлое, тяжело, но уходят вот эти серые схемы, конвертные зарплаты, все это уходит, и это видно. И смотрите, грязи в обществе становится меньше. Недавно услышал терминологию: "телевизионный мусор". Заносчиво звучит, согласитесь, но сегодня никто не скажет, что телевидение, никто не будет отрицать, что телевидение становится добрее. Вот становится добрее, поверьте, мне достаточно много лет, чтобы так сказать. Радио становится добрее, больше программ социальной направленности, больше показа простого человечка. Простого, маленького человечка, но у которого есть судьба, у которого есть жизненный путь, и который свой кирпичик все-таки в это государство положил.

Поэтому вы задали щепетильный вопрос, но я ответил откровенно, что это акция далеко идущая, на самом деле. Я уверен, что буквально через какой-то период забудут этих заявителей. Их используют, они станут неинтересны. Но шум, цель, способы, достижение какого-то результата – вот на это определенные силы надеются.

ПРОНЬКО: Больше всего меня в этой ситуации беспокоит именно реакция внутри правоохранительных органов, о чем вы говорили, вот эта кампания не превратилась, знаете, я очень грубо скажу, в мочилово правоохранительных органов страны. Когда система будет дестабилизирована… Какая-никакая, она работает. И я вижу статистику, сколько ребят погибает, выполняя свой офицерский долг. Для меня это пример. Могут сколько угодно делать заявления о том, что гаишники берут взятки. Я знаю это, но есть и другая составная часть. Это те люди, которые действительно выполняют долг.

Александр Алексеевич, у меня тогда... Давайте мы сейчас уйдем на небольшую рекламу, а затем поговорим все-таки о таком важном моменте. Вот вы сказали, человеческий фактор, люди, которые работают в системе. Я хочу поговорить о кадрах. Что реально происходит в системе Министерства внутренних дел, почему возникают отдельные вопросы?

Единственно, перед рекламой напомню: продолжается SMS-голосование. Вопрос сегодня очень короткий, но четко сформулированный. Доверяете ли вы нашей российской милиции? Если да – 5533, SMS-сообщение с буквой "а" отправьте, пожалуйста. Если нет – 5533. SMS-сообщение с буквой "б". Голосование идет, реклама, затем продолжим.

Реклама.