НЕКЛЕССА: Добрый вечер, господа радиослушатели. В эфире Александр Неклесса, передача "Будущее где-то рядом". Тема сегодняшнего моего разговора с гостем в студии: "Альтернативная глобализация: седьмой технологический уклад". Я обращаю ваше внимание на вот эту цифру – седьмой.

А кто же гость в студии? Гость в студии – Владимир Евгеньевич Лепский, доктор психологических наук, президент клуба "Инновационное развитие" Института философии Российской академии наук, главный редактор журнала "Рефлективные процессы и управление". Добрый вечер, Владимир.

ЛЕПСКИЙ: Добрый вечер.

НЕКЛЕССА: Ну и, собственно, альтернативная глобализация, вот с этого сразу начнём, наверное. "Альтернативная глобализация" – термин, который прочитывается совершенно по-разному, в том числе мы знаем альтернативную глобализацию альтерглобалистов или, как раньше их называли, антиглобалистов. Но сегодня разговор у нас пойдёт не об этом, сегодня у нас пойдёт разговор о совершенно другом аспекте альтернативности, о другой альтернативной глобализации, о глобализации седьмого экономического уклада.

Владимир, первый мой вопрос, естественно, сразу будет посвящён вот этой экзотике: седьмой технологический уклад, что понимается под седьмом? Потому что разговоры, которые я слышу, которые активно ведутся сейчас о развитии, о модернизации, об инновациях, они говорят о том, что мир переходит, перешёл, передвигается к шестому технологическому укладу. То есть, что он... НБИК – появилось такое сокращение, которое включает в себя нанотехнологии, биотехнологии, информационные технологии и ещё более экзотичного зверёныша – когнитивные технологии. Вот разговор идёт в этих категориях о шестом технологическом укладе, а вы ведёте разговор о седьмом. Объясните, пожалуйста!

ЛЕПСКИЙ: Александр, я начинаю вести разговор о седьмом. Действительно, этот термин ещё достаточно новый и неразработанный толком, но суть здесь в следующем. Для того чтобы понять, что такое седьмой технологический уклад, надо заглянуть в будущее.

Как заглядывают в будущее? Одни заглядывают в поиске тенденций, куда среда двигается, то есть, это так называемая каузальный причинно-следственный подход. А другие могут заглядывать, забрасывая вперёд какой-то вектор развития, какую-то цель, какой-то проект, и анализировать, где мы находимся, исходя из будущего, как мы далеки от этого. Так вот...

НЕКЛЕССА: А не промахнутся?

ЛЕПСКИЙ: Вот это очень корректное замечание и принципиально важное. Для того, чтобы не промахнуться, надо использовать оба подхода, нужно такие выбрасывать вектора развития вперёд и цели, которые... Как бы вот ты чувствуешь среду, чувствуешь, и по клавишам этих вот, как говорят синергетики, аттракторов среды начинаешь играть в своё будущее. Плюс ещё к этому, можно промахнуться, есть ты не учитываешь возможностей того субъекта, который строит эти проекты и берёт на себя. То есть, получается три контекста: контекст средовой детерминации, куда она идёт...

НЕКЛЕССА: Инерционным образом.

ЛЕПСКИЙ: Да, да, да. Такая вот, как бы двигается. Вся классическая наука в основном там работала в ХХ веке. Второй аспект – это выбрасывание проекта, адекватного этим тенденциям среды; третье – оценка своих возможностей, своего потенциала, располагаешь ли ты тем потенциалом, чтобы прыгнуть туда, куда ты захотел в будущем.

НЕКЛЕССА: Но ведь здесь возникает очень интересная проблема – проблема управления будущим. Вот вы упомянули слово "аттракторы", можно по-разному их толковать, но я понимаю их как некоторые установки, которые коагулируют, концентрируют социальные энергии в определённом направлении. Расстановка таких аттракторов, которые формулируют будущее, она – опять, я повторяю свой вопрос – может соответствовать какому-то невидимому нам, естественному, скажем так, условно, ходу вещей, или она может резко ему противоречить и тогда эти аттракторы вступают в конфликт с развитием. Развитием по логике, может быть, просто неизвестной нам. Вот как тут быть?

ЛЕПСКИЙ: Тут я, видимо, ещё один момент упустил, когда говорил о том, как прыгать в будущее, учитывая все эти аспекты. Ещё один момент связан с тем, что не мы одни собираемся туда прыгнуть, а туда прыгают много субъектов различных. И формализованных в этом мире, и скрытых субъектов. И чаще скрытые субъекты...

НЕКЛЕССА: Мы можем одним или двумя глазками подсмотреть, а то и третьим глазком, как в сказке...

ЛЕПСКИЙ: Мы можем анализировать...

НЕКЛЕССА: ...Что они вычислили.

ЛЕПСКИЙ: Да. Мы можем анализировать этих скрытых субъектов, которых в мире и в древнем, и сегодня, было много, и сегодня появляется больше, в связи, например, с такими тенденциями как роль нетократии, так называемых сетевых управлений. Опять же, появляются весьма скрытые и серьёзные субъекты мировых процессов. Так вот, здесь момент такой, что мы можем вычислять проекты и планы других субъектов, и даже скрытых, если мы анализируем противодействие своему проекту, с одной стороны, плюс, если мы ещё, опять же, синергетические аспекты учитывая, смотрим, как изменяется в среде траектория.

Потому что известны, например, точки бифуркации, когда маленькими воздействиями можно повернуть процессы в разные стороны, легко управляя. Вот это-то... То есть, вот тут надо четыре аспекта, о которых я говорил, учитывать.

НЕКЛЕССА: Как бы вступительную часть мы прошли. Мы представили некоторый контекст, теперь будем более конкретно. К тому же вы упомянули такое выражение "не мы одни".

Вот, господа радиослушатели, не мы одни беседуем, и сейчас я назову телефон прямого эфира, вы можете звонить прямо нам в студию, вступать в наш разговор, задавать вопросы, суждения, реплики.  А телефон следующий: 730-73-70. Кроме того, у радиостанции есть свой сайт: finam.fm. Легко запомнить "fm". Я так время от времени повторяю, что это домен Федерации Микронезия. Там тоже живой звук, там тоже можно вопрос задать, и он появился у нас на дисплее в онлайновом режиме. Ну и, кроме того, можно послать SMS – 5533 с буквой "я". Так же здесь она появится, и так же мы её учтём в нашем разговоре. Поэтому приглашаю к участию в разговоре.

А пока я задам вопрос всё-таки относительно России. Вот последнее время очень много говорится о продвижении России. Вы нарисовали такие рельсы будущие, даже не рельсы, даже что-то более сложное, различные маршруты, маршрутные пути. И вот разговоры, которые ведутся в России... Ну, активно ведутся разговоры сейчас о модернизации, но вспоминается прошлое далёкое, и совсем далёкое, и совсем недалёкое, и, в общем-то, время от времени они всегда вспыхивали и в России, и в Советском Союзе.

Так вот, как вы оцениваете проекты продвижения в будущее, предложенные руководством страны? Я вижу фактически два таких проекта за последнее десятилетие – это инновационное развитие и модернизация. 

ЛЕПСКИЙ: Спасибо, Александр, за вопрос. Я только предупреждаю, что я не ответил на предыдущий вопрос, который вы задали, о седьмом укладе. Мы в процессе разговора вернёмся к этому. Я просто не хочу, чтобы висел вопрос без ответа.

НЕКЛЕССА: Ну, я думаю, не только вам этого не хочется! Потому что вы заявили чрезвычайно интригующую вещь, я её сам... Я вас не отпущу, пока вы не ответите!

ЛЕПСКИЙ: Александр, по поводу проектов. XXI век в России начался очень позитивными моментами. Руководство страны... Наконец-то начались какие-то проекты. Но, к сожалению, анализируя вот эти 9 лет примерно, вывод-то у меня очень даже такой нехороший для нашей страны. Первое – реформы. Все реформы социальной части, по крайней мере, административная, монетизация, ЖКХ, согласно анализу Академии наук, специалисты Института экономики в частности, ряд других, признали их неэффективными.

НЕКЛЕССА: Я бы даже не назвал это ни инновационным развитием, ни модернизационным. Это своего рода реабилитационное развитие.

ЛЕПСКИЙ: Да, они не прошли. Первое. Дальше, Путин Владимир Владимирович предложил инновационный проект.

НЕКЛЕССА: Когда?

ЛЕПСКИЙ: Примерно в 2002 году пошли документы, масса документов серьёзных о создании национальной инновационной системы, о критических технологиях, которые нам супернеобходимы для того, чтобы Россия поднялась с колен. Значит, во что это вылилось?

НЕКЛЕССА: В великую энергетическую державу.

ЛЕПСКИЙ: О! Так я могу просто аргументировать десятками весьма значимых доказательств того, что этот проект никак не пошёл. Первое. Проект сугубо технократический. В том смысле, что все проекты, которые были грандиозные, в том числе и в Советском Союзе, они обеспечивались невероятно мощной идеологической платформой. Мотивировать людей, поднять, познавательные потребности максимально... Увеличить ценности и значимость в обществе креативных людей, творческих, и так далее. Эти...

НЕКЛЕССА: Ну, правда, я бы сказал, что тексты такие были, а вот действия...

ЛЕПСКИЙ: Они не действенны были совершенно, потому что были реальные действия другие. Ну, приведу пример. Среди тридцати с лишним критически значимых для России технологий нет ни одной технологии, связанной с социогуманитарными аспектами. Ни одной. Значит, вопросам влияния на человека, на человеческий фактор, на человеческий потенциал, не уделялось никакого внимания.

НЕКЛЕССА: Совершенно соглашусь с вами, Владимир. Потому что до сих пор, когда я читаю документы о модернизации или инновационном развитии, я везде встречаю блок "научно-техническое развитие". Сделаем на этом короткую паузу, а после этого ответим... Вот нам уже пришли некоторые вопросы. После очень короткого перерыва. Напомню телефон прямого эфира: 730-73-70.

Реклама.