ЛИХАЧЕВА: 9.06 в столице, доброе утро. Вы слушаете "Финам FM", меня зовут Елена Лихачева, здравствуйте. Адрес нашего сайта finam.fm, раздел "Программы". И там вы найдете страницу нашей программы, программы "Они сделали это!" Статистика нашего сайта на данный момент такова. Из гостей за последние два года кто же оказался наиболее популярным, кого читали, смотрели, слушали и скачивали больше, чем других. Андрей Свириденко у нас в тройке лидеров, он президент и основатель группы компаний "Spirit" – это, между прочим, одна из немногих российских компаний, которые в своем сегменте, пусть и узком достаточно, но занимает лидирующее положение – не на российском, заметьте, а на мировом рынке. Далее Андрей Илиопуло, один из основателей "Эконики", которая сейчас переживает ребрендинг. Это довольно старое интервью, но, тем не менее, стоит, мне кажется, почитать, оно интересное. И Светлана Габуния по-прежнему у нас в тройке лидеров, она одна из основательниц компании "Нью Медиа", ее интервью называется: "Как сделать три телеканала за два с половиной месяца". Читайте, смотрите, слушайте на нашем сайте, finam.fm. Можно, разумеется, предлагать гостей, которых вы хотите в дальнейшем услышать в нашей программе, можно комментировать их высказывания и, разумеется, можно задавать вопросы. В первую очередь, нашему сегодняшнему гостю. Кто у нас сегодня в гостях, узнаем через пару секунд.

Свою компанию наш сегодняшний герой основал в 1992 году. До 2000 года это была почти благотворительная история, зато сейчас выручка компании составляет полтора миллиарда рублей. В следующем году планируется увеличение в два раза. Доброе утро, Сергей.

БАЛАНДЮК: Доброе утро.

ЛИХАЧЕВА: Сначала рубрика "Статус".

Статус: Сергей Баландюк – основатель и президент корпорации "Элар".

Как это делалось: С отличием окончил Московский государственный институт электронной техники и Всероссийскую академию внешней торговли минэкономразвития России. В 1992 основал компанию по производству вычислительной техники и разработке программного обеспечения, которая в дальнейшем была преобразована в корпорацию "Элар". Сергей Баландюк разработал технологию массовой оцифровки документов – ретроконверсию. Член президиума общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства "Опора России". Женат, отец двух дочерей. Увлекается путешествиями.

ЛИХАЧЕВА: Сергей, вы не производите впечатления такого человека, который в течение практически 10 лет может заниматься благотворительной деятельностью. На что вы жили, чем вы занимались до 2000 года, когда вы основали компанию? Все-таки 1992 год, а реально прибыль стала она приносить, я так понимаю, вот только в новом тысячелетии. А что вы делали вот эти 8 лет?

БАЛАНДЮК: Ну, эти 8 лет, конечно, я не занимался совсем уж такой благотворительностью. Понятно, что мы занимались и продажами техники, и разработками различными. Ну, первые, наверное, 3-4 года мы искали свое место на этом рынке и вообще, в этой жизни. Ну, как и все в 90-ые годы – помните, такое время было, когда нельзя было сидеть на месте, можно было торговать одеждой, можно было торговать акциями, чем угодно. Ну, в общем, все всем и занимались – так и мы. Ну, где-то в 1995 году мы, в конце концов, нашли свое место, торговля компьютерами и разработки какие-то отдельные уже не приносили какого-то интереса и эффекта и не доставляли удовольствия. И мы свою специализацию нашли в оцифровке.

ЛИХАЧЕВА: Подождите, а кто "мы"? Вот вы все говорите "мы, мы" – это кто?

БАЛАНДЮК: Понимаете, один человек не может ничего сделать. Всегда существует команда единомышленников, всегда существует какая-то команда даже пусть не владельцев, но тех людей, которые реально могут что-то сделать.

ЛИХАЧЕВА: У руля которые, да?

БАЛАНДЮК: У руля, или ключевых сотрудников, скажем так. Без которых один он ничего не может. Вот, собственно, такая команда и начинала первое время делать одно, другое, третье. В конце концов, мы нашли, что этим заниматься интересно.

ЛИХАЧЕВА: А кто все-таки сказал последнее слово? Или кому первому пришла в голову эта идея: "Все, ребята, теперь мы будем заниматься только этой нишей, все остальное мы откладываем, здесь перспективы и мы пойдем сюда"?

БАЛАНДЮК: Ну, так совсем уж не было. Мы заниматься продолжали всеми, но появилась какая-то специализация, и появилось направление, куда имеет смысл вкладывать деньги, которые мы зарабатываем, там, на продаже техники и на чем-то еще. Поэтому нельзя говорить, что все бросили и занялись только этим. Не было такого момента, что вот щелк – все, поехали. Появились первые заказы, появились первые библиотеки, как ни странно. Мы начали объяснять им или уговаривать их о том, что "давайте заниматься этим делом, давайте переводить карточные каталоги, которые сейчас уже, наверное, не во всех библиотеках есть, переводить в электронный вид и делать базу данных". Не понимали, долго не понимали. Мы придумали термин, "ретро-конверсия", начали этот термин кругом распространять, объяснять, что "существует ретро-фонд, его надо переводить, и мы вам поможем". И, в общем-то, первое время мы занимались этим, продвижением идеологии.

ЛИХАЧЕВА: Начали с библиотек, да? Самое консервативное, мне кажется.

БАЛАНДЮК: Да, начали с библиотек. Может быть, и самая такая отрасль, где меньше всего денег даже есть, почему это и было благотворительностью. И вот до 2000 года, конечно, это было достаточно трудное дело. Ну, во-первых, потому, что рынка не было – если так честно говорить, то не было ничего, не было каких-то цифр, которые можно было бы озвучить, да и не понимал никто, что это надо. Все занимались зарабатыванием денег или торговлей того, что у них есть. Вот первые годы было трудно. И фактически, если говорить про рынок оцифровки, который сейчас существует, то первые годы были посвящены, чтобы его сделать, как таковой. Не было конкурентов, никого не было.

ЛИХАЧЕВА: То есть вы были первыми, правильно я понимаю?

БАЛАНДЮК: Да, фактически мы были первыми, и вот мы первые прошли этот, может быть, самый трудный путь и сделали, объяснили, может быть, многим, что это нужно, что "зачем создавать системы документооборотов, в которых нет документов?". Надо же наполнить их чем-то. Зачем создавать информационные системы, в которых ничего нет? Вот такая была трудная достаточно пора, и до 2000 года это тяжелое время. С другой стороны, мы же сделали сервис-бюро фактически в то время. И хотя и закладывали изначально промышленные технологии какие-то туда массовые, но по сути, это мы занимались мелкими проектами и маленькое сервис-бюро. И это было самое интересно время. Потому что те маленькие проекты были…

ЛИХАЧЕВА: Назовите некоторые из них, чтоб мы понимали.

БАЛАНДЮК: Например, все знают Архангельское, есть там театр Гонзага. Была задачка сделать заново декорации, которые в свое время сделал художник Гонзага. И вот эти декорации Гонзага, которые сейчас находятся в музее и представляют из себя ветхие материи – ну, представьте, размер их 9 метров высотой и 6 метров шириной – вот их надо было оцифровать и заново напечатать. То есть задачка такая, не совсем тривиальная.

ЛИХАЧЕВА: Подождите, а как вы это делали?

БАЛАНДЮК: Ну, там же мы взяли ангар, построили в ангаре огромную, фактически фото-студию или кино-студию, с рельсами, с роботами, которые поднимают. Потом это все мы сканировали, потом все это дело обрабатывали, печатали заново на холсте вот эти декорации. То есть первый этап мы тогда сделали достаточно успешно – ну, первые декорации, скажем, на один спектакль. И реализовали проект, то есть такого больше ни мы не делали, и я не знаю, чтобы кто-то делал.

ЛИХАЧЕВА: Я думаю, что наверняка наши слушатели, когда слышат что-то подобное, там, "электронные архивы", конечно, они воспринимают исключительно такие листы А4, которые бесконечно сканируются и потом все это приводится в порядок, в электронный вид. На самом деле, как вы сейчас правильно сказали, отсканировать и оцифровать и привести в электронный вид можно, в принципе, все, что угодно, включая 9-метровые декорации. Назовите еще хотя бы парочку проектов, которые не относятся к листам А4, к таким, к подшивкам, документам, которые вам запомнились больше, чем другие.

БАЛАНДЮК: Может быть, запомнились не совсем документы, вот я бы назвал картотеки. Вот картотеки вообще, как направление – это отдельная история, и их там достаточно много. Но такой же проект из того же периода. Если помните, был такой доктор Валленберг – это известный дипломат шведский, который в свое время пропал здесь в России и следов его нет. Поскольку семье Валленбергов принадлежит чуть ли не пол-Швеции, то эта история до сих пор потомкам достаточно интересна. И вот, по заказу шведского посольства, совместное было решение МИДов двух. И мы взялись за это дело и начали пробовать выяснить какие-то элементы или какие-то детали судьбы. Соответственно, поскольку он находился в разных тюрьмах у нас, то у нас ребята ездили во Владимирский централ и там под присмотром трех спецслужб обрабатывали картотеку с целью найти какие-то следы. Соответственно, представьте себе: кто-то сканирует, за ним стоят три человека из разных подразделений.

ЛИХАЧЕВА: Чтобы ничего личного не сосканировал, да?

БАЛАНДЮК: Да. Второй человек вводит информацию, за ним тоже три человека стоят, сзади смотрят на это. Но в итоге мы обработали. Конечно, мы не нашли, где погиб Валленберг, но, тем не менее, мы какую-то информацию предоставили шведам в итоге. Ну, в качестве таких комментариев, те сотрудники шведского посольства, которые курировали проект здесь – они после проекта сразу получили повышение и уехали обратно в МИД работать на других должностях.

ЛИХАЧЕВА: На более высоких должностях.

БАЛАНДЮК: На более высоких должностях.

ЛИХАЧЕВА: Задачку выполнили.

БАЛАНДЮК: Задачу мы выполнили. Ну, вот такого рода проекты, когда маленькое сервис-бюро, они очень интересны и это всегда можно, любой проект можно на щит вешать и заниматься этим. То есть это доставляло массу позитивных эмоций положительных, удовольствий и так далее.

ЛИХАЧЕВА: Ну, да, эмоции – это все-таки в одно окошечко, а деньги, вероятнее всего, лежат в каких-то больших крупномасштабных, достаточно скучных, рутинных, именно бумажных архивов все-таки, к сожалению, правильно?

БАЛАНДЮК: Да, вы правы, что, к сожалению, с одной стороны мы сейчас сильно выросли, и проекты стали другого масштаба и все по-другому, но, наверное, эта рутина, которая является следствием больших проектов, она…

ЛИХАЧЕВА: Ну, я так, для наших слушателей скажу: организация, на которой вы работаете – это администрация президента, это государственный архив, это министерство обороны, министерство внутренних дел, это библиотека МГУ, это МТС, "Внешторгбанк", "Газпром", "РЖД", ну и так далее и так далее. То есть вы, можно сказать, лидер на рынке – правильно, я не ошибусь, если так скажу?

БАЛАНДЮК: Нет, не ошибетесь, мы реально, поскольку мы первыми начали, мы методично развивались, увеличивали свою мощность, увеличивали, свои технологии расширяли, развивали, и на сегодняшний день да, мы…

ЛИХАЧЕВА: Единственное, что немного смущает – это такой сильный перекос в сторону государственных структур. То есть из 100% ваших заказов сколько составляют заказы от государственных структур?

БАЛАНДЮК: Ну, здесь от года к году статистика разная. Раз. Во-вторых, что такое государственная структура – надо определиться. Вот "Газпром" – это государственная структура или не государственная?

ЛИХАЧЕВА: Думаю, что государственная, конечно. Ну, ок, ладно, не будем спорить.

БАЛАНДЮК: Больше половины – это однозначно, но иногда доходит до 70%. Почему только крупные? На самом деле, не только крупные. Есть два направления: первое – это крупная организация, это та, которая уже внедрила у себя все информационные системы, начали работать, и которой нужно их наполнить. Вот тогда мы нужны. До этого мы не нужны. То есть, на сегодняшний день таких мелких организаций нет. И, кроме того, у них должно быть много этих документов, которые надо наполнить, потому что если не много, они сами все сделают. Поэтому вот здесь определение крупное. Второе: есть профильные организации, которые, может быть, и маленькие, но работают с этими документами, их в самом деле там много. Поэтому музеи, библиотеки, архивы – это профиль по этому поводу. И, соответственно, мы там работаем уже даже с маленькими и на небольших заказах, потому что это их жизнь, и они работают с этим постоянно, и, соответственно, там и заказы каждый год.

ЛИХАЧЕВА: Ну, в общем, понятно, что рынок до сих пор огромный и перспективы у него достаточно большие, мягко говоря. И какую долю вы сейчас занимаете на рынке? Вы сказали, что вы занимаете лидирующее положение. А если мы оценим в процентах?

БАЛАНДЮК: Очень трудно сказать в процентах, но, я думаю, что половину-то мы занимаем точно.

ЛИХАЧЕВА: Буквально на одну минуточку мы сейчас прервемся. Сергей Баландюк у нас сегодня в программе – основатель и владелец корпорации "Элар". Как мы выяснили, эта корпорация теперь занимает половину уж точно на рынке оцифровки документов – и не только документов, а вообще, в принципе, электронных архивов. 9.19 в столице, на одну минуточку мы прервемся. Мы в прямом эфире, нас можно не только слушать, но и смотреть на нашем сайте, finam.fm. Можно задать любой вопрос нашему сегодняшнему гостю. 5533 – это номер для ваших SMS-вопросов, вопросы должны начинаться на русскую букву "Я": "Я", пробел, потом ваш вопрос. Мы вернемся через минуту в студию "Финам FM".

Реклама