ПРОНЬКО: 21 час и 5 минут в российской столице, это "Финам FM", ежедневная программа "Сухой остаток". Сегодня подводим итоги торговой недели, и у нас здесь, в московской студии "Финам FM" Александр Потавин, начальник аналитической службы компании "ITInvest-ПРОСПЕКТ", Александр, добрый вечер…

ПОТАВИН: Здравствуйте, Юрий.

ПРОНЬКО: …И Гельды Союнов, аналитик "Пробизнесбанка", Гельды, рад видеть, добрый вечер.

СОЮНОВ: Добрый вечер.

ПРОНЬКО: 65-10-99-6 (код Москвы – 495) – это номер нашего многоканального телефона, и www.finam.fm – наш портал в Интернете для ваших писем, там же идет и прямая веб-трансляция. Слушайте, смотрите, звоните, пишите, задавайте вопросы нашим сегодняшним гостям.

Но прежде давайте посмотрим, чем закончились торги сегодня в России.

(Сухой остаток)

Российский рынок акций начал торговый день с роста индексов. Игроки откупали подешевевшие за вчера активы. Также поддержку оказывали высокие из-за происходящих вокруг Ирана событий цены на нефть. Уже к обеду индексы перешли к снижению, и до конца дня наблюдалась нисходящая динамика. Игроки фиксировали прибыль перед праздниками.

В итоге, российский фондовый рынок завершил торговую сессию в красной зоне. Индекс ММВБ упал на 1,33%, 1538 пунктов, РТС потерял 0,8%, закрывшись в значении 1642 пункта.

ПРОНЬКО: Итак, индексы сегодня завершили день в красной зоне, инвесторы, в общем-то, решили продавать свои акции перед выходным днем. Напомню, завтра у нас выходной день, кто еще не помнит. Тем не менее, смотрим сейчас на Америку.

Американские индексы снижаются: 0,35% – снижение индекса Dow Jones, 12919 пунктов, NASDAQ также снижается, на 0,53%, 2932 пункта, S&P 500 – минус 0,44%, 1356 пунктов. Нефть марки Brent, котировки к этой минуте – 122,75, Light – 105,88. За тройскую унцию золота дают 1757 долларов. И соотношение мировых валют, евро к доллару – 1,324, европеец на небольшой процент, на 0,09%, прибавляет по отношению к американцу.

Вот такая картина у нас на мировых площадках… Александр, ваш взгляд на рынок? Что интересного?

ПОТАВИН: Интересного?

ПРОНЬКО: Кроме Греции?

ПОТАВИН: Кроме Греции? Да нет, греческую тему уже обсуждать сегодня, наверное, не будем. Хотя… Ну, ладно, как скажете.

ПРОНЬКО: Нет, я предлагаю не обсуждать, она мне вот здесь вот уже.

ПОТАВИН: Рынок. Последние, наверное, две…

ПРОНЬКО: Очередное снижение, там, рейтинга.

ПОТАВИН: …Да, недели индекс ММВБ практически стоял вблизи максимумов годовых, обозначил там несколько вершин на уровне 1581-1582 пункта и благополучно пошел вниз. Даже невзирая на крепкий рубль и стабильно высокие цены на нефть.

ПРОНЬКО: Я бы сказал даже – растущие цены на нефть.

ПОТАВИН: Да. Вот вчера мы завершили день вблизи минимальных дневных отметок, сегодня у нас небольшая проторговка вверх была и новый шажочек вниз.

Вот примерно все, что я пока вижу. По итогам двух дней мы завершаем два дня в минусе, и эту неделю мы, судя по всему закроем в минусе.

ПРОНЬКО: Что влияет?

ПОТАВИН: Влияет то, что, по сути своей, во-первых, у нас длительные праздники. То есть вот в пятницу мы, конечно, выйдем на работу, но, по большому счету, наверное, все остальная страна и где-то там некоторые инвесторы продолжат праздновать.

ПРОНЬКО: Плавно переходя в субботу и в воскресенье, да?

ПОТАВИН: Совершенно верно, да. Поэтому, готовясь к длительному отсутствию на рабочих местах, инвесторы пока, по крайней мере, сегодня, мне кажется, уходили частично в кэш из активов.

Что еще?

Ну, плюс к этому достаточно такие вялые-вялые данные выходят по еврозоне, опять же вот это снижение рейтинга по Греции – ну, все это в одну копилку того, что вроде как не мешало бы рынкам скорректнуться, нужен повод. Повода вроде как формального нет, но рынки всегда найдут, за что зацепиться, чтобы можно было немножко съехать вниз. Не скажу, что это какая-то страшилка – решение агентства "Fitch" понизить рейтинг Греции на две ступени, что это кого-то испугало: реакция на рынках в момент выхода новости была практически нулевой. Просто рынкам надоело уже расти, они достигли каких-то своих точек сопротивлений на графиках.

Примерно вот по такому сценарию, я думаю, до конца недели, по крайней мере, будут события развиваться.

ПРОНЬКО: А тут еще и длительные выходные в России, да.

ПОТАВИН: Да.

ПРОНЬКО: Александр Потавин, это его мнение… Гельды Союнов.

СОЮНОВ: Ну, я согласен с Александром в том, что, в принципе, нас ждет снижение. Я думаю, в первую очередь это связано с тем, что возникающие последние два месяца предпосылки роста, по сути дела, уже отыграны. То есть на ближайшие несколько месяцев вопрос Греции решен. Но тут всплывает Португалия. По доходности португальских бондов десятилетних мы видели, что вчера доходность греческих бондов падала, а португальских – росла. То есть, рынок уже все, на Грецию не смотрит – он смотрит на то, что будет после предоставления этого транша, будет ли очередной транш помощи Греции, когда кончится ближайший, и что будет вообще с португальцами и с другими проблемными странами.

ПРОНЬКО: Ну, под ближайшим траншем имеются в виду 130 миллиардов?

СОЮНОВ: Да. Это что касается еврозоны.

Если говорить про США, то, по сути дела, это последняя неделя отчетности американских компаний. Сегодня отчитывался "Wal-Mart", завтра ночью отчитается "Hewlett-Packard" – по сути дела, такие голубые фишки, которые показывают глобальную макроэкономическую ситуацию в мире. И мы видим здесь несколько настораживающих факторов.

Первое. Та макроэкономическая ситуация, которая улучшалась за последние два месяца, улучшалась за счет того, что компании активно нанимали персонал. Достаточно было той же самой новости, когда "General Electric" на прошлой неделе объявила о том, что она нанимает три тысячи ветеранов различных американских войн. Это в первую очередь, конечно, хуже для корпоративного сектора, и мы это уже увидели, что маржа прибыли компаний падает, эффективность падает, и, скорее всего, следующий квартал окажется достаточно слабый для американского корпоративного сектора.

ПРОНЬКО: То есть это достаточно негативная обстановка.

СОЮНОВ: В принципе, если посмотреть даже по динамике открытия американских торгов вчерашних, а это был первый торговый день вчера, потому что понедельник у них был Президентский день, то они открылись свечкой вниз. И была реакция, обсуждение основное, что да, отлично, Греции все предоставили – но что будет дальше, ведь проблемы не решены? И в целом, конечно же, на рынке преобладает мнение, что дефолт будет, это точно, по Греции, вопрос лишь в том, как – контролируемо или неконтролируемо. Если это будет неконтролируемо, это будет обвал, достаточно сравнимый с осенью 2008 года.

ПРОНЬКО: Это будет фатально для еврозоны?

СОЮНОВ: Я думаю, что да. То есть здесь, скорее всего, будет, конечно, цепная реакция, которая затронет все финансовые институты еврозоны. Потому что на балансах европейских банков до сих пор числятся проблемные активы. Это мы говорим про крупных игроков. Если уже рассматривать в каждой проблемной стране своего локального игрока, то там достаточно большие…

ПРОНЬКО: Но, кстати, сегодня итальянцы уже начали говорить о том, а чего это Греции на таких льготных, щадящих условиях – ну, если их вообще можно назвать льготными и щадящими – предоставляется поддержка, почему, мол, нам не предоставляется? То есть вот прецедент, в Европе создан прецедент: халявщика оплачивают.

СОЮНОВ: Да. Но долго так продолжаться не может, и все-таки они будут дефолтить Грецию, чтобы остальным неповадно было.

ПРОНЬКО: Это вкороткую, это уже в ближайшее время может произойти? Потому что я слышал разные мнения, о том, что это даже на годы может быть растянуто.

ПОТАВИН: Все-таки мне кажется, что это подойдет где-то к концу лета. Середина-конец лета.

СОЮНОВ: Да.

ПРОНЬКО: То есть на самом деле решение принято?

ПОТАВИН: Нет, ну, поймите правильно, в СМИ…

ПРОНЬКО: Нет, я имею в виду, что концептуально оно принято среди политиков, но они, конечно, его не озвучат, пока те же парламентские выборы в Греции не пройдут.

ПОТАВИН: Совершенно верно, да, выборы пройдут. Просто необходимо прекрасно понимать, обратите внимание, тот пакет мер, которые сейчас идут со стороны ЕС, МВФ, Европейского центрального банка на Грецию – это меры по сокращению бюджетных расходов. Заметьте, там практически не прописано никаких мер по стимулированию экономического роста. Вообще нет их как таковых. То есть зажимают потребление, вернее, сокращают громадное количество госслужащих, частный сектор на этом фоне тоже, думаю, не будет себя вольготно чувствовать – потому что у них ведь внутреннее потребление завязано на зарплаты учителей, пожарных, там, госслужащих и прочих. Соответственно, частный сектор стагнирует, естественно, на этом фоне, на фоне того, что безработица в стране составляет более 20%, о каких-то кредитах…

ПРОНЬКО: Официальная безработица.

ПОТАВИН: …Да, новых население не думает. И на этом фоне рост экономики, ну, совершенно как-то не вырисовывается.

ПРОНЬКО: А что делать тогда?

ПОТАВИН: А коли так, с учетом того, что ВВП Греции в 2011 году снизился на 7% и продолжает ухудшаться эта ситуация, несмотря все прописанные ей процедуры со стороны МВФ, все прекрасно видят, что выделяемые сейчас Греции деньги – это просто отсрочка по времени… Правильно, Гельды?

СОЮНОВ: Я хотел бы, да, добавить по цифрам, как мы считали. На текущий момент имеется более 160% долга суверенного Греции к ВВП. Предоставление 130-милиардного транша призвано уменьшить его до 140%, это уровень конца 2010 года. Запланировано, что к 2020 году должно быть 120%. А по нашим расчетам, ВВП Греции при бездефицитном бюджете должен расти на приблизительно 3%. Ну, нереально.

ПРОНЬКО: Ну, а как выходить-то из этой ситуации?

СОЮНОВ: Дефолтить. Пусть на драхму опять возвращаются и делают туры по 200 драхм или 200 евро, конкурируют с Турцией, возвращаются на тот уровень, который был до вступления в ЕС.

ПОТАВИН: Ну да.

ПРОНЬКО: А как это процедурно будет, подождите? Я знаю, что есть процедура вступления в еврозону, нет процедуры выхода.

ПОТАВИН: Да, нету.

СОЮНОВ: Опять же, здесь вопрос заключается в том, что если это неконтролируемо… То есть, они как-то, наверное, будут проводить списание, списание долга приведет к тому, что мы увидим непонятную ситуацию с правилами игры на рынке CDS. Потому что европейские банки их продавали, кому – неизвестно, что будет с теми, кто их покупал, тоже неизвестно. Различные частные инвесторы в виде хедж-фондов и так далее, ну, не понимают даже, что делать с CDS: дефолта официального нет, и своп не работает.

ПРОНЬКО: А фактический дефолт есть.

СОЮНОВ: Да. То есть твои долги обесценены, своп – все, не работает.

То есть вот эти все непонятные тонкости и механизмы – как их будут решать, кто от этого пострадает? Я думаю, что в первую очередь, конечно же, пострадают частные инвесторы, уже потом, там, ЕЦБ и остальные финансовые институты. Но вот как будет Греция отделяться, как это будет прописано, что будет с валютой, по какому курсу – ну, неизвестно. А чего будет дальше с остальными проблемными странами?

ПРОНЬКО: А может быть, потянуть время?

ПОТАВИН: Собственно говоря, мы это сейчас и наблюдаем.

ПРОНЬКО: То есть я определенную логику в этом тоже вижу. Я имею в виду еврочиновников.

ПОТАВИН: А вдруг заработает, да.

ПРОНЬКО: А вдруг перезапустится.

ПОТАВИН: Да.

ПРОНЬКО: А вдруг, я не знаю, в Штатах родится нечто такое, что вообще изменит этот мир. Ну, я утрирую.

ПОТАВИН: Да. Но все надеются на сценарий такой, какой был в Штатах, когда у них безработица была больше 10%, потом потихонечку уже 9%, сейчас уже ближе к 8%, экономика компаний потихонечку начинает выезжать. Просто Греция – это не Китай и, слава богу, не Америка. Поэтому у них там все по-другому завязано. Потому что в США ФРС взяла и напечатала денег, раздала банкам, кому нужно, списало долги, еще что-то такое, какой-то бланк плохих активов сделало. А Греция в этом случае не самостоятельна. Мало того, видите, они сейчас из-за этой помощи ЕС практически теряют свою финансовую самостоятельность, приглашая в свой штат правительства комиссаров из ЕС и МВФ.

ПРОНЬКО: Да, и все это еще накладывается на предвыборную кампанию, на популизм…

ПОТАВИН: Конечно.

ПРОНЬКО: Я также не понимаю, как это все будет разрешаться. Единственное, что понимаю – что если это будет неконтролируемо, как Гельды говорит, то "Lehman Brothers" – это будет воздух, кислород по сравнению с тем, что может произойти, если это будет неконтролируемый процесс дефолта Греции. Я очень пессимистично настроен. То есть я не хочу говорить об апокалипсисе еврозоны, но я реально и не вижу, как они могут сейчас эту процедуру безболезненно… Она будет болезненной при любом раскладе.

ПОТАВИН: Мне кажется, она будет болезненна, но скоротечна.

ПРОНЬКО: Молниеносна?

ПОТАВИН: Да, быстро очень все.

ПРОНЬКО: Но тогда, по идее, и рынки должны будут молниеносно упасть, а потом отжаться.

ПОТАВИН: Да, да. Потому что, в принципе, чему научил кризис 2008 года? Он научил тому, что даже вот такой "черный лебедь", который крахом финансовой системы фактически был, когда колоссальный пузырь сдулся на рынке ипотечных облигаций и прочих производных финансовых инструментов – все это разрешилось монетарной накачкой. То есть, собственно говоря, быстренько увели активы одни, так скажем, накачали деньгами балансы банков, и вроде как круги по воде разошлись, вроде как все стабилизировалось. Даже, видите, через два года уже мега-рост. Даже какое там через два года – 2009, 2010 годы были годы, действительно, подъема экономического.

ПРОНЬКО: Но сможет ли Европа это повторить? Я имею в виду не объявление количественного смягчения, которое, фактически, идет уже. Ну, разные экономики, раз, согласование вопросов затруднено, два… Ну, и таких вопросов я могу выкатить массу. Они не едины, на самом деле.

СОЮНОВ: Мне кажется, на текущий момент основная проблема еврозоны, и почему они не могут эффективно действовать, как ФРС – это несогласованность действий и достаточная политизированность решений тех или иных государственных вопросов.      

ПРОНЬКО: Абсолютно. Демократия – дорогое удовольствие.

СОЮНОВ: Да. При такой вот разобщенности даже лидеров еврозоны, которые отстаивают позиции тех или иных стран, вряд ли стоит ожидать быстрого принятия решений. И, скорее всего, да, при быстроменяющейся ситуации вряд ли будут продуктивны собрания всех этих лидеров, министров финансов. Мы говорим о том, что греки с большими трудностями, со многими попытками и различными условиями достигли договоренностей по выделению траншей и сокращению бюджетных расходов. А что будет при более строгих мерах? Мне кажется, будет несогласованность, и власти будут отставать от принятия решений.